Ближе к свету. Как вывести экономику Украины из тени в условиях войны

  • 22 июня 2022, 6:55
  • 1925

Как война влияет на неформальный сектор экономики, и смогут ли власти уменьшить долю «тени»…

Об рассказывает polygraf.net со ссылкой на "Экономика от пророка".

В Украине, вероятно, уже в ближайшее время стоит ожидать активизации борьбы с теневой экономикой. Недавно президент Владимир Зеленский заявил, что во время войны, да и после ее окончания, работа бизнеса в «тени» недопустима.

«И это не вопрос той или иной экономической доктрины, не вопрос той или иной политической позиции. Мы просто не можем себе позволить, чтобы в стране оставалась теневая часть экономической жизни. Все, кто работает в украинской политике, влияет на общественную дискуссию, должны осознать, что теневого в стране больше не будет», — заявил он.

Теневая экономика в Украине составляет приблизительно треть ВВП. По данным Министерства экономики, с 2010 по 2021 год ее размер колебался в пределах 28-36%. Но такие показатели нельзя считать статистическими, поскольку это приблизительная оценка, которая может быть лишь ориентиром для отслеживания динамики изменений скрытой экономики.

«Оценки теневой экономики относительны и не точны. Они характеризуют узкие сегменты, фактически статистики нет – можно делать допущения и выводы на основании некоторых индикаторов», – сказал в комментарии РБК-Украина заместитель главы НБУ Сергей Николайчук.

Теневая экономика – это вся деятельность, скрытая от контроля и налогообложения. Так что точных данных по ней быть не может по определению. Данные от Минэкономики представляют собой интегральный показатель, рассчитанный по четырем методам, которые охватывают разные сферы.

Два из них классические – энергетический (исходя из уровня потребления электроэнергии) и монетарный (исходя из спроса и оборота наличных денег). Два других разработаны в Украине, учитывая национальные особенности «тенизации» экономики. Эти методы основаны на анализе розничного товарооборота и услуг, а также убыточности предприятий.

Поэтому данные правительства Украины несколько расходятся с оценками международных организаций и компаний, которые используют лишь классические методы. К примеру, аудиторская компания Ernst & Young оценила теневую экономику в 2018 году в 23,8%, а Минэкономики – в 29% (по последним данным). По мнению Николайчука, оценка Ernst & Young является более полной.

Теневые операции есть практически во всех сферах деятельности – в транспортной, в строительстве, недвижимости, в розничной и оптовой торговле, в сфере финансовых услуг. Из графика видно, что уровень «тени» растет в кризисные периоды при падении ВВП.

Теневая экономика достаточно мобильна и поэтому очень быстро перестраивается в экстренных ситуациях, и не всегда эти изменения оперативно учитываются в аналитических заключениях. «В истории Украины теневая экономика всегда выступала буфером, которая помогала преодолевать кризисы – в 2008 году в 2014-2015 годах», — отметил экономист Алексей Кущ.

«Тень» – удел бедных стран

Теневая экономика охватывает широкий спектр деятельности, включая и криминальную – проституция, торговля наркотиками и оружием, перепродажа краденного. Кстати, налоговые «скрутки» тоже можно отнести к теневой экономике. Но большая часть «тени» приходится на сугубо экономическую деятельность, которая нигде не фиксируется и, соответственно, за нее не платятся никакие налоги.

Сюда можно отнести производство неучтенных товаров – сигареты, спиртное, легкая промышленность, неучтенный урожай и т.д. Полулегальные или вообще нелегальные операции у такого бизнеса приводят к существенному снижению налоговых и лицензионных поступлений.

Но часто в условиях низкого уровня социального обеспечения и высокого налогообложения теневой сектор помогает выживать населению с небольшим достатком, отмечает заместитель директора Национального института стратегических исследований Ярослав Жалило. Ведь, к примеру, продажа пирожков на базаре, автоперевозки, ремонтные услуги, если они предоставляются частным образом, тоже относятся к теневой экономике.

Несмотря на то, что «тень» снижает бюджетные поступления, в экстремальных ситуациях она помогает решать проблемы с дефицитом товаров или услуг, сдерживая таким образом инфляцию. Кстати, обеспечение рынка Украины топливом частными трейдерами в последние месяцы отчасти происходило тоже по теневым схемам.

Теневая экономика есть практически везде. Правда, в разных странах ее уровень отличается. В развитых странах, к примеру, в Австрии, Франции, Великобритании в тени находится от 8 до 15% экономики, в развивающихся странах – до 30%.

Высокая доля неформальной экономики обычно ассоциируется с более слабыми результатами в области развития, говорят экономисты Всемирного банка. Страны с крупным неформальным сектором экономики отличаются низким уровнем дохода на душу населения, высоким уровнем бедности. В таких государствах заметно неравенство по доходам, а также слабо развиты финансовые рынки и более низкий уровень инвестиций.

Безопасным считается уровень «тени» не более 15%. Показатель теневой экономики в Украине нельзя назвать критичным – он соразмерен с данными по некоторым странам Восточной Европы, к примеру, Болгария, Хорватия и страны Балтии (23%-30%). В Дании и Швеции в тени находится 12% и 13 % экономики. В ЕС в среднем уровень теневой экономики составляет 18% ВВП. В США, Японии, Канаде этот показатель в пределах 6-10%.

Кущ предостерегает от резких движений в борьбе с «тенью». Он приводит пример Франции, которая в свое время пыталась существенно сократить теневой рынок труда. Они зацепили одну проблему, а получили в итоге целый букет.

«Для сокращения теневого рынка труда во Франции ужесточили требования для работодателей. В итоге часть бизнеса начала закрываться, а для работы начали привлекать дешевую рабочую силу эмигрантов. В итоге их число увеличилось и впоследствии это привело к вороху социальных и общественных проблем», – отметил эксперт.

Основные факторы, формирующие теневую экономику – налоговая нагрузка, регуляторное давление и монополизация. Кроме того, в Украине к ним относят и низкий уровень защиты прав собственности, в том числе и интеллектуальной, фондового рынка, а также несовершенство судебной системы и коррупцию.

Именно наведения порядка во всех этих сферах может привести к созданию комфортных условий работы бизнеса с удовлетворяющим уровнем доходности. Кущ предлагает начать с пересмотра уровня налогообложения оплаты труда.

Сейчас в Украине он составляет более 41%. В развитых странах снижение этого показателя на 10% считалось бы революционным шагом, отмечает эксперт. Но в Украине такое изменение вряд ли даст ощутимый результат, поскольку привычка оптимизировать бизнес сильно укоренилась, и вести его «в темную» все равно выгоднее.

Налоговые стимулы

Для снижения налогового давления необходимо отталкиваться от расходов бизнеса, работающего в тени, говорит экономист. «В Украине средний теневой налог – 10-15%. Они же тоже платят за обналичку денег, за «крыши» и так далее. Поэтому, если снизит фонд оплаты труда до 10-15% – это и будет той точкой, когда внутренняя оптимизация для бизнеса будет бессмысленной. Если будет выбор – работать в белую и платить 15% или в темную за 10%, то наверняка бизнес выберет первый вариант», – уверен Кущ.

Бизнес при таких условиях может выйти из «тени», если государство гарантирует, что в течение определенного времени налоговые правила и ставки не будут меняться. А уже потом – по мере роста экономики – налоги можно будет повышать.

Исполнительный директор Центра экономической стратегии (ЦЭС) Глеб Вышлинский считает, что важность снижения налогов для детенизации украинской экономики преувеличена. Доказательство тому – готовность украинцев, как до войны, так и сейчас к трудовой миграции и переводу бизнеса в страны с более высокой налоговой нагрузкой.

«Кроме того, как показал опыт снижения ЕСВ с 40 до 22%, само по себе снижение налогов, даже на труд, не дает детенизации. Тем более что сейчас налоговая нагрузка в Украине ниже, чем у соседей. Поэтому я бы, скорее, пошел путем закрытия налоговых дыр, в частности, довел до конца требование по РРО на «упрощенке» после окончания войны – без этого огромная часть экономики живет в черном нале», – отметил Вышлинский в комментарии РБК-Украина.

Такой подход, по его мнению, требует полной перезагрузки налоговых органов и усиления контроля и повышения качества госуслуг. «Война должна стать толчком к осознанию, что государство – союзник гражданина, а не враг, и это понимание должно идти с обеих сторон», – отметил он.

Подобной позиции придерживается и Ярослав Жалило. В условиях военного времени, по его мнению, правительству нужно сохранять максимальную экономическую активность в стране, чтобы наполнять бюджет. А потому никакие налоговые послабления сейчас делать не стоит, считает он.

«Не думаю, что продуктивным будет усиление налоговой и регуляторной нагрузки и попытки выдавить больше налогов из малого и среднего бизнеса. Это не означает, что мы должны отказаться от проверок, как говорят некоторые горячие головы. Однозначно бизнес должен платит налоги, процесс должен контролироваться, но без ужесточения нагрузки, а за счет упрощения администрирования», – уверен Жалило.

Он также полагает, что налоговые послабления, введенные после начала активных боевых действий, нужно отменять. «У нас был период – март-апрель, когда налоговая не могла работать, или считали, что она не может работать. И тогда решили всех перевести на упрощенную систему, отменили таможенные пошлины, но это время прошло. Сейчас надо возвращаться к нормальной налоговой системе, которая позволит наполнять бюджет. Это не усиление, а возврат к той системе, которая была. Ее можно облегчить за счет упрощения администрирования», – заявил Жалило.

Снижать нагрузку на фонд оплаты труда, по его мнению, можно лишь локально – в тех регионах, которые пострадали в результате боевых действий. Но при этом нужно понимать, что компенсировать недобор в казну придется за счет других плательщиков.

В последние несколько лет инициатив по изменению условий трудовых отношений и борьбе с теневой экономикой было несколько, но ни одна из них не дала ожидаемого результата. В 2020 году Минэкономики, которое тогда возглавлял Тимофей Милованов, инициировало изменения трудового кодекса, которыми налоговая нагрузка на бизнес сокращалась, но увеличивалась незащищенность работника.

Идею Милованова тогда раскритиковали и она умерла. Следующий глава ведомства Алексей Любченко в 2021 году заявлял о планах за три года снизить уровень тени до 25%. Но реализация того плана так и не началась.

Механизмы для снижения уровня теневой экономики пока нигде не обнародованы. Источники издания в профильном комитете ВР сообщили, что они еще даже не сформированы. В любом случае, ясно, что для достижения ощутимого результата необходимо реформировать основные сферы, порождающие «тень» – налоговую, монопольную и регуляторную, и желательно делать это комплексно.

Прежде всего, как отметил Ярослав Жалило, нужно браться за бизнес, который работает не на производство, а на перераспределение и воровство ресурсов. Это касается и уклонения от налогов, «скруток» и других фальсификаций крупного масштаба, которые существенно снижают бюджетные поступления.

Подписывайтесь на наш "Телеграмм - канал", чтобы всегда быть в курсе того, кто обогащается за наш счет.

Теги
Украина
Экономика
Война